Как Атэх создала секту ловцов снов

392.21092020     Как хазарская принцесса Атэх обрела бессмертие и основала секту Ловцов сновидений. Начало здесь

Став бессмертной, принцесса Атех решила посвятила себя секте ловцов снов* — хазарских священнослужителей, которые занимались созданием своего рода земной версии той небесной иерархии, которая упоминается в Священном Писании.

ЛОВЦЫ СНОВ – секта хазарских свящsni 4еннослужителей, покровителем которых была принцесса Атех.

Они умели читать чужие сны, жить в них как в собственном доме и, проносясь сквозь них, отлавливать в них ту добычу, которая им заказана, — человека, вещь или животное.

        Атех и члены ее секты обладали способностью направлять в чужие сны послания, свои или чужие мысли и даже предметы.
Принцесса Атех могла войти в сон человека, который моложе ее на тысячу лет, любую вещь могла она послать тому, кто видел ее во сне, столь же надежно, как и с гонцом на коне, которого поили вином. Только намного, намного быстрее…

Сохранились записки одного из самых старых ловцов снов, в которых говорится:

«Во сне мы чувствуем себя как рыба в воде. Время от времени мы выныриваем из сна, окидываем взглядом собравшихся на брегу и опять погружаемся, торопливо и жадно, потому что нам хорошо только на глубине. Во время этих коротких появлений на поверхности мы замечаем на суше странное создание, более вялое, чем мы, привыкшее к другому, чем у нас, способу дыхания и связанное с сушей всей своей тяжестью, но при этом лишенное сласти, в которой мы живем как в собственном теле. Потому что здесь, внизу, сласть и тело неразлучны, они суть одно целое. Это создание там, наверху, тоже мы, но это мы, спустя миллион лет, и между нами и ним лежат не только годы, но и страшная катастрофа, которая обрушилась на того, наверху, после того, как он отделил тело от сласти…».

Одного из самых известных толкователей снов, как гласит предание, звали Мокадаса аль-Сафер. Он сумел глубже всех приблизиться к проникновению в тайну, умел укрощать рыб в чужих снах, открывать в них двери, заныривать в сны глубже всех других, до самого Бога, потому что на дне каждого сна лежит Бог.

А потом с ним случилось что-то такое, из-за чего он больше никогда не смог читать сны. Долго думал он, что достиг совершенства и что дальше в этом мистическом искусстве продвинуться нельзя. Тому, кто приходит к концу пути, путь больше не нужен, поэтому он ему и не дается. Но те, кто его окружал, думали иначе. Они однажды рассказали об этом принцессе Атех, и она объяснила им, что случилось с Мокадасой аль-Сафером:

«Один раз в месяц, в праздник соли, в пригородах всех наших столиц приверженцы хазарского кагана бьются не на жизнь, а на смерть с вами, кто меня поддерживает и кого я опекаю. Как только падает мрак, в тот час, когда погибших за кагана хоронят на еврейских, арабских или греческих кладбищах, а отдавших жизнь за меня погребают в хазарских захоронениях, каган тихо открывает медную дверь моей спальни, в руке он держит свечу, пламя которой благоухает и дрожит от его страсти. Я не смотрю на него в этот миг, потому что он похож на всех остальных любовников в мире, которых счастье будто ударило по лицу. Мы проводим ночь вместе, но на заре, перед его уходом, я рассматриваю его лицо, когда он стоит перед отполированной медью моей двери, и читаю в его усталости, каковы его намерения, откуда он идет и кто он таков.

Так же и с вашим ловцом снов. Нет сомнений, что он достиг одной из вершин своего искусства, что он молился в храмах чужих снов и что его бесчисленное число раз убивали в сознании видящих сны. Он все это делал с таким успехом, что ему начала покоряться прекраснейшая из существующих материй – материя сна. Но даже если он не сделал ни одной ошибки, поднимаясь наверх к Богу, за что ему и было позволено видеть Его на дне читаемого сна, конечно же, сделал ошибку на обратном пути, спускаясь в этот мир с той высоты, на которую вознесся. И за эту ошибку он заплатил. Будьте внимательны при возвращении»! – закончила принцесса Атех.

Без всякого сомнения, Атэх любила Мокадасу аль-Сафера. Но любовь ей была доступна только во сне.

Существует также предание о том, что еврейские представители при хазарском дворе спасли принцессу Атех от гнева арабского и греческого миссионеров, добившись того, чтобы вместо нее был казнен ее любовник, хазарский первосвященник из секты ловцов снов Мокадасы аль-Сафера*. Она согласилась на это, и он был заточен в подвешенную над водой клетку.

Теперь на поясе она всегда носила череп своего любовника Мокадасы аль-Сафера*, который кормила перченой землей, поила соленой водой и в глазные отверстия его сажала васильки, чтобы он мог на том свете видеть голубой цвет.

По приказу принцессы Атех, покрроскошная библияовительницы ловцов снов, всё, что связано с этим искусством, вместе с жизнеописаниями наиболее выдающихся ловцов и житиями пойманной добычи, было собрано и сведено в одно целое, своего рода хазарскую энциклопедию, или словарь. Этот хазарский словарь ловцы снов передавали из поколения в поколение, и каждый должен был его дополнять.

Я нашел ещё один красивый миф о том, как Атэх составила сборник, содержащий обширную информацию об их истории, вере, о людях, читающих сны.

Все эти сведения были собраны и распределены в циклы стихов, расположенных в алфавитном порядке, так что и полемика при дворе хазарского владыки была описана в поэтической форме. На вопрос, кто, по ее мнению, победит в споре, Атех сказала:

«Когда сталкиваются два ратника, побеждает тот, кто будет дольше лечить свои раны».

Принцесса Атех в хазарской полемике была очень красноречива.
Она сказала:
«Мысли с неба завеяли меня, как снег. Я потом едва смогла согреться и вернуться к жизни…».
Принцесса Атех помогла Исааку Сангари*, еврейскому участнику хазарской полемике, тем, что своими доводами опровергла слова представителя ислама, и хазарский каган* склонился в сторону еврейской веры. Существует мнение, что Атех писала стихи и они сохранились в «хазарских книгах», которыми пользовался Иегуда Халеви*, древнееврейский автор хроники о хазарской полемике.
Как на дрожжах рос потом «Хазарский словарь» вокруг сборника принцессы, о котором в одном из источников говорится, что он назывался «О страстях слов». Если это действительно так, принцесса Атех была первым автором этой книги, ее прасоздателем. Только в первоначальном словаре на хазарском языке еще не существовало нынешних трех книг, это был один словарь и один язык. От того, первоначального, до настоящего дошло очень немногое, столько же, сколько грусти доходит от одной собаки до другой, когда она слышит, как дети подражают лаю.

То, что каган благодаря принцессе Атех принял молитвенное покрывало и Тору, разъярило остальных участников полемики. Поэтому исламский демон в наказание сделал так, что принцесса Атех забыла свой хазарский язык и все свои стихи. Она забыла даже имя своего любовника, и единственное слово, оставшееся в ее памяти, было название плода, похожего по форме на рыбу. КУ.

Но, прежде чем это произошло, принцесса Атех, предчувствуя опасность, приказала собрать как можно больше попугаев, умеющих произносить человеческие слова.

Для каждой статьи «Хазарского словаря» во дворец был доставлен один попугай, и каждого заставили заучить по одной статье, так что в любое время он, зная наизусть соответствующие стихи, мог воспроизвести ее. Разумеется, стихи были на хазарском языке, и попугай их на нем и декламировал. После того как хазары порвали со своей верой, хазарский язык стал стремительно исчезать, и тогда Атех выпустила на свободу всех попугаев. Она сказала:

«Летите и научите других птиц этим стихам, потому что здесь их скоро никто не будет знать…».

Птицы разлетелись по лесам Черноморского побережья. Там они учили своим стихам других попугаев, те учили третьих, и так пришло время, когда только попугаи знали их и говорили на хазарском языке. В XVII веке на берегах Черного моря был пойман один попугай, умевший декламировать несколько стихотворений на каком-то непонятном языке, который, по утверждению хозяина попугая, царьградского дипломата Аврама Бранковича*, был языком хазар. Он приказал одному из своих писарей постоянно записывать все, что произносит попугай, надеясь таким образом получить «попугайские стихи», то есть поэзию принцессы Атех. Вероятно, именно таким путем «попугайские стихи» и попали в «Хазарский словарь», изданный Даубманнусом…

Принцесса Атех покровительствовала вsni 3лиятельной секте хазарских священнослужителей, так называемых ловцов, или толкователей, снов*.

Ее энциклопедия представляла собой не что иное, как попытку объединить все записи, которые веками собирали ловцы снов и в которых был запечатлен их опыт. Любовник принцессы Атех тоже принадлежал к этой секте, более того – он относился к самым выдающимся ее членам, несмотря на свою молодость и на то, что у него были только первые глаза. Одно из стихотворений принцессы Атех посвящено этой секте первосвященников:

«Заснув вечером, мы, в сущности, превращаемся в актеров и всегда переходим на другую сцену для того, чтобы сыграть свою роль. А днем? Днем, наяву, мы эту роль разучиваем. Иногда случается так, что нам не удалось ее выучить, тогда не следует появляться на сцене и прятаться за другими актерами, которые лучше нас знают свой текст и шаги на этом пути.
А ты, ты приходишь в зрительный зал для того, чтобы смотреть наше представление, а не для того, чтобы в нем играть. Пусть твои глаза остановятся на мне в тот раз, когда я буду хорошо готова к своей роли, потому что никто не бывает мудрым и красивым все семь дней в неделю».

Хазарский кaгaн презирал секту ловцов снов. Бесплодную работу ловцов снов он сравнил с греческой притчей о тощем мышонке, который без труда пролез сквозь маленькую дырку в корзину с зерном, но, наевшись, не смог вылезти обратно из-за раздувшегося живота: «Сытым не выберешься из корзины. Выберешься только голодным, таким же, каким туда залез.

Так же и тот, кто читает сны, — голодным он с легкостью пройдет через тесный промежуток между сном и явью, но его добыча и плоды, собранные там, сны, которыми он насытился, помешают ему вернуться назад, потому что это можно сделать только таким, каким туда вошел. Поэтому ему приходится или бросить свою добычу, или остаться там с ней навсегда. Ни в том, ни в другом случае от этого нет никакой пользы…»

(c) Милорад Павич «Хазарский словарь»

Сохранилась (в переводеprotivo 7 на греческий) две молитвы принцессы Атех, которые никогда не были канонизированы, однако Даубманнус приводит их как «Отче наш» и «Радуйся, Мария!» хазарской принцессы.

Первая из этих молитв звучит так:
«На нашем судне, отец мой, команда копошится как муравьи, я вымыла его сегодня утром своими волосами, и они ползают по чистым мачтам и тащат в свой муравейник зеленые паруса, как будто это сладкие листья винограда; рулевой пытается выдрать корму и взвалить ее себе на плечи, как добычу, которой будет питаться целую неделю; те, что слабее всех, тянут соленые веревки и исчезают с ними в утробе нашего плавучего дома. Только у тебя, отец мой, нет права на такой голод. В этом пожирании скорости, тебе, мое сердце, единственный отец мой, принадлежит самая быстрая часть. Ты питаешься разодранным на куски ветром».

Вторая молитва принцессы Атех как будто объясняет историю ее хазарского лица:
«Я выучила наизусть жизнь своей матери и каждое утро в течение часа разыгрываю ее перед зеркалом как театральную роль. Это продолжается изо дня в день много лет. Я делаю это одевшись в ее платье, с ее веером и с ее прической, потому и волосы я заплела так, как будто это шерстяная шапочка. Я играю ее роль и перед другими, даже в постели своего любимого. В минуты страсти я просто не существую, это больше не я, а она. Я играю так хорошо, что моя страсть исчезает, а остается только ее. Другими словами, она заранее украла у меня все мои любовные прикосновения. Но я ее не виню, потому что знаю, что и она так же точно была обкрадена своей матерью. Если кто-нибудь сейчас спросит меня, к чему столько игры, отвечу: я пытаюсь родиться заново, но только так, чтобы получилось лучше…».

Хазарскую принцессу видели последний раз на одном из турецких базаров в XV веке, спустя пятьсот лет после того, как русские взяли хазарскую столицу Итиль (ныне Астрахань).

Но Даубманнус, один из авторов Хазарского словаря,  утверждает, что в его время принцесса Атех все еще была жива. В XVII веке турок из Анатолии по имени Масуди*, встретил ее и разговаривал с ней.

И эта встреча была не случайна!

Масуди был музыкантом, игравший на лютне. Но кроме этого, он учился искусству ловца снов и обладал копией арабской версии хазарского словаря.

Он мечтал и грезил однажды увидеть Атэх. Он знал, что принцесса приходит к тому, кто страстно желаете увидеть и приходит она как правило во сне.

Но ему несказанно повезло  — Атэх пришла к нему наяву. К моменту встречи с принцессой Атех, Масуди еще не прочел всех статей словаря, поэтому не узнал слово «ку», когда принцесса Атех произнесла его.

Это слово из хазарского словаря, онmr cont 3о означает какой-то плод, и если бы Масуди это понял, то догадался бы, кто стоит перед ним, и таким образом был бы избавлен от всех дальнейших усилий по овладению желанным мастерством: та, что приходит в сновидении, могла научить его охоте на сны гораздо лучше, чем любой словарь.

Но он не узнал принцессы и упустил свою самую главную добычу, не понимая ее истинной цены. Атэх ушла навсегда. Поэтому, как рассказывает одна из легенд, собственный верблюд плюнул Масуди прямо в глаза.

Источник:   Милорад Павич «Хазарский словарь»   

Магия творчества Атэх заключительная третья часть здесь

Про: TokiAden

Toki AdenХроники обитателей миров нашей галактики я веду на авторском блоге Полигон фэнтэзи. Авторский блог открыт в 2013 году. А в 2014-м открыл эзотерический сайт Грани реальности. Потому что мой дом, моя родина - вся галактика.  Как устроены тонкие миры. Как работают законы мироздания. Что есть духовность, Творец, смысл Сущего... Поделится с читателем своим духовным опытом и знаниями о мире. Это мои цели.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>